Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
 
Зверь.

Над лесом не было дорог,
Там начинался путь к свободе,
А я внизу промок, продрог
И заблудился в непогоде.

Мой костерок не согревал -
Я не нашел сухих поленьев,
А кто-то молча наблюдал
За мной из темноты деревьев.

Стоял и горестно вздыхал,
Но слышал, слышал я надежду
В тех вздохах: он чего-то ждал,
Смотря как я сушу одежду.

Ходил вокруг. Его шаги -
Как шорохи - всё ближе, ближе.
Он будто суживал круги
И припадал к земле всё ниже.

То уходил и пропадал,
То возвращался с воем страшным,
То делал вид, что нападал,
То вдруг скулил щенком домашним.

От страха я лишился сил,
Лишь головой вертел по-птичьи,
Следя за ним. Тогда я был
Довольно легкою добычей.

А он, а он: Не нападал!
Лишь темной тенью проявлялся.
Что он хотел? Чего он ждал?
В какие игры разыгрался?

Не знаю я. Не до того:
Я лишь молился о рассвете,
О том, чтоб зверя моего
Мне не увидеть утром, в свете.

И вот уж ливень ослабел,
И ветер в кронах стих как-будто.
Мой костерок повеселел,
И стало ясно - скоро утро.

И вдруг, как-будто бы сквозь сон,
Я видел: меж деревьев выгнул
Свою кошачью спину он
И, затаив дыханье, прыгнул.

***


Точка на карте

В эти дни в Праге было тепло,
Лишь под вечер тянуло прохладой.
Всё откапало с крыш, оттекло
И повысохло всё, как и надо.

Мы не первый тут раз, не второй.
Примелькались уже, как знакомые.
И на древних камнях мостовой
Мы давно пешеходы не новые.

Мы без цели толкались вдвоем
Средь туристов, ведь делать-то нечего.
Иногда под весенним дождем
И всегда- до глубокого вечера.

Не пошли на горгулий смотреть,
Лишь проехали мимо, по случаю.
Всё мечтают они улететь
И не могут никак, невезучие.

На мосту места нет от 'лесов',
И по краю народ пробирается,
А на площади, возле часов,
Как и прежде толпа собирается.

Мне казалось, что лучшего нет,
Чем бродить переулками старыми...
Но приехал дружок. Двадцать лет
Мы не виделись с ним после армии.

Разговоры - куда же без них.
Даже Прага притихла, красавица,
Нас оставив на время одних,
Не пытаясь увлечь и понравиться.

Наша встреча - всего пара дней -
Прокатилась по улицам гулким,
Пролегла в суете площадей
Километрами пешей прогулки.

И закончилась. Что тут сказать?
Кроме разве что: 'Будем в контакте'.
Мы разъехались. Прага опять
Лишь обычная точка на карте.
,

***
Долго бежали за поездом дети,
Что-то кричали, махали руками.
Только когда их конвойный заметил,
Дернул затвор, погрозил кулаками-
Дети отстали.

А в тесном вагоне
Воздух был влажен и жарок, и дорог.
Поезд, слегка изогнувшись на склоне,
Серою лентой вползал на пригорок.

Между вагонов охрана сидела,
Свесивши ноги, курили зевая,
Будто совсем безо всякого дела
Ехали в парк городской на трамвае.

Громко рассказывал самый веселый
Старые байки про баб и про зону.
Дым паровозный ложился на села,
Молча глядевших вослед эшелону.

Просто идиллия: день полусонный,
В даль бесконечную вьется дорога,
Но не скрывал даже грохот вагонный
Криков: 'Воды! Дайте пить хоть немного!'

Несколько раз прерывался смешливый,
Криком в ответ: 'Заключенные, хватит!'
Было лицо его зло и красиво,
Как у солдат на советском плакате.

Солнце, казалось, застыло в зените,
Будто забыло свое направление.
'Лучше вы сразу тут всех пристрелите,-
Кто-то стонал,- чем такие мучения'.


Поезд, слегка замедляя движение,
Въехал на мост над широкой рекою.
Снизу мелькнуло его отражение
В водах, катящихся в сонном покое.

Тут бы оставить, махнуть бы рукою:
Пусть их кричат, ведь никто не услышит.
Только военный, качнув головою,
Как обезьяна взобрался на крышу.

Экий красавец- спортсмен, не иначе:
Гири, гантели: Всего понемногу.
Да и счастливчик - призвался удачно:
Тут не стреляют - не фронт, слава богу.

Снизу ему трехлинейку подали.
Он по хозяйски патронник проверил,
И, повернувшись туда, где кричали,
Тихо сказал: 'Я - охотник, вы - звери'.

После, платком промокнув капли пота,
В крыше изношенной щель отыскал,
Ствол опустил и, не глядя, в кого там,
Молча стрелял.
И стрелял!
И стрелял!

Выстрелы эхом вернулись обратно,
Поезд все тише на стыках стучал:
'Хватит, боец. Не шуми. Неприятно'.
Снизу ему старшина прокричал.

Тут же солдат прекратил канонаду.
Стало в природе спокойней и тише.
Тихо сказал,- Покурить бы мне надо,
И по-турецки уселся на крышу:

Поезд прошел, в небесах потемнело
И потянуло прохладой немного.
Тихо о чем-то листва шелестела:
День догорал над железной дорогой.


2009- март 2010

***

Мы по городу ходили, взявшись за руки.
Нам прохожие вослед смотрели с завистью.
И трепались ветром розовые шарики,
И скрывалось небо за промозглой завесью.

Птиц не видно было, тучи на дома легли,
Оцарапав животы свои антеннами.
Через эти раны видеть иногда могли
Люди солнце в небе, над сырыми стенами.

И стояли, замерев, глаза наверх подняв,
И смотрели в небеса без раздражения.
Позабыв про суету и распорядок дня,
И про правила дорожного движения.


***

Встреча.
Тогда-то все и прояснится
И идол станет говорящим,
А все, что мне сегодня снится
Вдруг обернется настоящим.

Перрон пустынный, незнакомый,
И поезд, бросивший меня.
И я один, вдали от дома
Под вечер непростого дня.

Застыну, вовсе не в печали -
В раздумии: а что же дальше?
Как видно, тут меня не ждали,
Те, кто сюда приехал раньше.

И вдруг, едва ли различимый,
Шагов далеких тихий звук,
Послужит как первопричина
Волненья и дрожанья рук.

И я увижу, онемевший,
Как из вокзала, без усилий
Выходит дед помолодевший,
И улыбается Василий.


***

Не смею даже и мечтать,
Гадать, что будет дальше с нами.
Одно хотелось бы: писать,
Хоть иногда писать стихами.

Чтоб на безликий монитор
Стихом ложился или песней
Неразличимый разговор
Мой, с кем-то там, из поднебесья.

24 марта 2010 г.

***

Не был я еще в Париже
(может быть когда-то буду).
Из простых и сложных книжек
Я узнал про это чудо.
На стене повесил фото
Башни Эйфелевой, в цвете.
И придя домой с работы
Забываю все на свете,
Как увижу тонких арок
Фантастическую мощь,
Так мечты про парижанок
Не дают уснуть всю ночь.

***

Где еще, какой еще дорогой
Походить, чтоб встретиться в пути?
Это не судьба- её не трогай,
Просто так вот выпало идти.

Это будто жребий - не сорваться.
( некому и жалобу подать).
Королям приходится скитаться,
Птицам, выпадает, не летать.

И живут как курицы, ей Богу,
Те, кто для полета был рожден.
И выходят странники в дорогу,
Ничего не ведая про трон.
 
 


Продажа и обслуживание бензиновых генераторов | Оказание качественных детективных услуг | Стальные двери на любой вкус